23:29 

[Mars x Nuts] Миди

Mars x Nuts
Лучше одного умного мужчины - двое умных мужчин





верх


Курьер, химик и путешествие к горам

Автор: Mars x Nuts
Бета: Mars x Nuts
Размер: миди, ~9500 слов
Пейринг/Персонажи: Марс/Натс, камео: Баунти, Старбёрст, Мамба, Несквик, Виспа, Комильфо
Категория: преслэш
Жанр: экшн со щепоткой юмора
Рейтинг: PG-13
Краткое содержание: Сперва Марсу показалось, что это мешок с картошкой стоит возле дороги. Он даже размечтался было разжиться провиантом, но это оказалась не картошка, а человек. Человек сидел на обочине и уныло ковырял отвёрткой внутренности небольшой конструкции, являвшей собой, по всей видимости, средство передвижения.
Примечание/Предупреждения: постапокалипсис!АУ.

Глава 1

Марс прижал горло фляжки к губам, сделал глоток и недовольно пожевал губами. Крохотные ранки щипало невыносимо, да ещё и тёплая вода на вкус была как мыло, песком оседала на языке. Выбирать особо не из чего.
Вам приходилось убивать человека ради бутылки воды? Марс убивал. Получалось это как правило случайно и не слишком красиво. Словом, и без того тяжёлый характер Марса Пустошь окончательно испортила. Где-то в прошлом остались имя, фамилия, биография… Излучение на память влияет жёстко. Конечно, вспомнил бы, если бы хотел, но даже и хотеть не хотелось. Мало кто из работодателей интересовался подробностями. Ни с кем Марс и не подписывал контракт, включающий в себя задушевные разговоры.
В Пустоши и без того было, чем заняться. Убить пару-тройку (десятков) вваридов, ограбить пиратов, доставить посылку, спасти человечество. Мелочи, но вот из таких вот мелких дел (точнее, вознаграждений за них) и складываются капиталы. Когда-нибудь Марс думал даже осесть на одном месте. Построить дом. Завести жену, маленьких детей, стадо кллапов. Даже просто кллапов достаточно.
На этот раз с собой у Марса была посылка. Вроде небольшая коробочка, а внутри что-то напряжённо позвякивало. Точно не бомба. Была бы это бомба, Марс узнал бы об этом сразу. Всякие диверсанты любят разводить горе-курьеров, подкидывая в посылки гранаты или какую ещё дичь. А потому Марс, едва взявшись за эту работу и порядку ради сразу же усомнившись в добросовестности работодателя, пригрозил запихать ему взрывное устройство в задницу, буде таковое обнаружится в посылке. Тот сбивчиво принялся объяснять что-то про какие-то детали, электронно-вычислительные машины, ещё какую-то замуть, так что в итоге Марс махнул рукой и решил не тратить времени на расспросы. Раньше выйдешь — раньше придешь к пункту назначения.
Собирался впопыхах, как бы давя в себе дурные предчувствия, и так получилось, что взял меньше воды, чем надо. Пришлось делать крюк, а в конечном счёте и полностью поменять маршрут, что разозлило Марса лишь сильнее, но вроде как первоначальная тревога начинала отпускать.
Так бывает, когда слишком долго странствуешь по Пустоши. Задним числом уже понимаешь, где избежал опасности, которую, может, даже сознанием не фиксируешь. А потом слухи доходят, дескать на большой дороге, которую недавно обошёл, обосновались какие-нибудь твари или пираты устроили засаду. Неприязненно поглядывая на полуразвалившиеся домики вдоль дороги, Марс успокаивал себя такими мыслями.
У жителей домиков даже не оказалось патронов на продажу. Зато было молоко, полезные в хозяйстве корешки и вроде как чистая вода, на проверку не отличавшаяся от той, которой Марс наполнил бурдюки на предыдущем перевале. Разве что чуть менее песочная и чуть более мыльная.
Марс мог долго рассуждать, что купить или выменять лучше, но в его мысли беспардонно вторглась торговка с коронным “покупай или проваливай!”, добавив от себя:
— Вот развелось-то искателей приключений. Вчерась только кретин какой-то был. И что, разве купил что? Хрен бы там.
Таким образом Марс узнал, что кто-то шёл по дороге до него.
Встретился с этим человеком он не намного позднее.
Сперва Марсу показалось, что это мешок с картошкой стоит возле дороги. Он даже размечтался было разжиться провиантом, но это оказалась не картошка, а человек. Человек сидел на обочине и уныло ковырял отвёрткой внутренности небольшой конструкции, являвшей собой, по всей видимости, средство передвижения. Две металлические пластины в длину человеческой стопы, скрепленные между собой разными трубками и перемычками. Марс никогда такой штуки прежде не видел, но интуитивно догадался, что она чем-то похожа на пиратские триплоциклы.
— Привет, — ни с того ни с сего ляпнул владелец мудрёного устройства.
Марс фыркнул и хотел было равнодушно пройти мимо, но незнакомец продолжил:
— Ты не можешь мне помочь?
Вообще-то, Марс не был особо гордым и к обращениям не цеплялся, но сейчас как-то покоробило его от этого “ты”. Подобное запанибратство позволяли себе лишь бывшие девушки (точнее, одна конкретная… бывшая девушка), особо борзые головорезы и попрошайки близ крупных городов. Таким терять было особо нечего. Парень-похожий-на-мешок-с-картошкой не слишком походил на ту самую бывшую девушку или головореза. Скорее уж на попрошайку. Остановился на месте Марс, наверное, от крайнего возмущения. И спросил:
— Что?!
— У меня полетели и блок упра…
— Иди пешком, — грубо выдохнул Марс, почти упиваясь этим своим злорадством. Он ждал, что мешок с картошкой обидится и отстанет, но он даже как-то обрадовался. Как будто ему самому и в голову не могла прийти мысль, что можно просто брать и передвигать ногами; а Марс вроде как подал великолепнейшую из идей.
— Хорошо. А куда идти?
— Иди, куда ехал, — резонно ответил Марс.
— Нет, ты не понимаешь, — мешок встал на ноги (выяснилось, что они у него всё же имеются), и оказалось, что росту в нём почти столько же, сколько в самом Марсе. — Мне нужно сходить куда-нибудь, где можно найти детали. Всё ломается, представляешь себе, и как бы нарочно всё разом.
— Не понимаю. И понимать не собираюсь. Чао.
— Но!..
Марс сделал шаг вперёд. Потом ещё шаг. Понял, что пробуксовывает, словно что-то упорно не даёт ему двигаться. Наверное, проснувшаяся совесть. Марс был никудышным самаритянином, но вот на невинность и искренность в других людях имел особое чутьё. И вроде как не любил все эти задержки. За задания с живым грузом так вовсе не брался после того своего первого, провального, а тут даже помочь захотелось. И Марс…
Марс отмёл все свои благородные порывы в сторону и пошёл дальше, бросив напоследок:
— Через двадцать миль будет город. Дойдёшь — молодец. Не дойдёшь — до встречи в лучшем мире.
Мешок с картошкой разочарованно засопел. И вроде ещё что-то крикнул вслед. Марсу хотелось думать, что что-нибудь обидное, как будто оно могло оправдать тот факт, что он бросил мальца на растерзание Пустоши и диким зверям. Вот только себе Марс оправданий никогда не искал.

Вместо этого он, как правило, действовал, и действовал он в направлении своей цели. Сейчас его целью был упомянутый уже город, поэтому, более не отвлекаясь на мысли о странной встрече, он продолжал двигаться на северо-запад.
В теории его можно было понять, по крайней мере, он сам так считал. Сейчас куда важнее было думать о пустошных пиратах и, может быть, грахах — тех самых, встречи с которыми мешку с картошкой вот точно не пережить. Марс мотнул головой: о своей шее позаботься, болван. С другой стороны, если парень пойдёт по его следам, можно сказать, что прежде Марс расчистит ему дорогу.
Как назло, дорога была чистой и без него. То ли патруль недавно проезжал, то ли караван какой, но даже короткое ущелье, поросшее корнем рванки, то самое, где и пираты устраивали засады, и кто только не, Марс миновал без происшествий. По всей видимости, это расслабило его, потому что через некоторое время он вдруг решил, что и по времени опережает свой график, и на закате попрохладнее идти будет, и в город лучше явиться ближе к ночи. Короче, Марс устроил привал в тени того самого старого и избитого временем рекламного щита, что служил добрым знаком усталым путникам последние лет сто. И хотя от рекламного щита до города идти было ещё порядочно, считалось, что дорога эта безопасна — уже не Пустошь.
Марс распотрошил свои припасы. В отличие от воды, еды он взял как раз, вяленого мяса оставалось чуть, но рассчитано было верно. Он мог и не есть до города, но всё же решил чего-то пожевать, сунул тонкую пластинку в рот и принялся наблюдать за солнцем.
Солнце медленно рыжело, тени удлинялись. Наконец, Марс различил одну, длинную и тёмную, ползущую по земле по той же дороге, которой час назад прошёл он сам.
Марс не шевельнулся. Мешок с картошкой прошёл мимо щита — и даже не заметил в тени человека. Марса это посмешило, он встал, быстро собрался и так же быстро нагнал идущего. Тот не слышал и не замечал, пока Марс не обогнал его. Сначала вздрогнул, но тут же обрадовался, окликнул и махнул рукой. Марс игнорировал, шёл быстро, старался вновь пробудить в себе чувство возмущения панибратским к себе отношением, но вместо этого почему-то испытывал приятное самодовольство. Как будто он всё-таки помог, лично привёл нескладного путника к воротам города, а по дороге ещё спас его от целой стаи голодных грахов.
Мешок с картошкой более не окликал его, но Марс чувствовал, что он идёт следом. И это отчего-то лишь усиливало его приятное самодовольство. И усиливало до тех пор, пока мешок вдруг неожиданно не догнал и не перегнал его. Марс так удивился, что сбавил скорость и посмотрел в спину идущему. Справедливости ради, тот всё-таки был длинным и худым. И прозвище "мешок с картошкой", когда он не сидел скрючившись, не подходило ему нисколько. Но Марс уже не хотел ничего менять. Он хотел, чтобы сидящий-парень-похожий-на-мешок-с-картошкой оставался мешком с картошкой, даже когда не сидел. А ещё лучше, чтобы он до скончания веков оставался всё-таки сидеть где-то позади, в прошлом.
Приятное самодовольство лопнуло, будто мыльный пузырь, недаром его так долго раздувало. Марс мрачно смерил взглядом удалявшуюся фигуру — и бросился её догонять. Догнал и перегнал. А потом они снова поменялись местами. И теперь это походило на какой-то сюрреалистичный бег наперегонки. Они перегнали друг друга ещё пару раз, и Марс всё никак в толк не мог взять, каким таким образом этот хиляк умудрялся держаться. Он как будто не выдыхался, двигался ровно, даже как-то плавно, словно бы без особых усилий, а так не должно было быть, если он всё это время шёл под солнцем, не устраивал привалы, может, даже не пил воды. Насчёт последнего Марс не был уверен. Рюкзака у хиляка не было. Но была лёгкая сумка, переброшенная через плечо и напоминавшая бурдюки столько раз помянутых за сегодня пиратов. Марс всё больше впадал в недоумение и злился на себя за это. Он не понимал, откуда мог взяться этот странный парень, с его странным поломанным средством передвижения, странной экипировкой. И его раздражало, что он вообще в принципе задаётся подобным вопросом. Да какая разница?
Но перегнать его всё-таки надо.
Марс поднажал — мешок с картошкой умудрился уйти далеко вперёд — и чуть ли не бегом пустился. Ух, длинноногий же, такие ноги впору бы запретить, однако Марс его всё-таки нагнал.
Солнце окончательно село. Марс перегнал соперника чуть ли не вприпрыжку и оглянулся на него, хотя вообще-то не хотел. Дорога делала здесь последний поворот, и Марс, победно ухмыльнувшись, ступил в пыль. Он мог срезать уголок, опередив мешок с картошкой ещё немного, поскольку тот, кажется, не понимал, что и не по дороге тоже можно пройти. Или, может, в данный момент не понимал не только этого.
Какое-то смутное подозрение закралось Марсу в голову, когда он обернулся. Взгляд у мешка с картошкой показался ему слишком пронзительным, что ли. Марс почти возмутился, догадываясь, в чём дело, и сделал неровный шаг, так что его сильнее повело в сторону от дороги.
Проницательный мешок с картошкой отреагировал мгновенно:
— Пщерникс! — вскрикнул он, подаваясь вперёд.
Словно в замедленной съёмке Марс увидел, как сгибаются в коленях и разгибаются длинные ноги, те самые, которые надо запретить. Как мешок прыгает навстречу, сшибает его, Марса, с ног, и они катятся по земле. Всё происходит слишком быстро, и Марс уже успел рефлекторно испугаться слову "пщерникс", но не успел среагировать, потому что под дозой, конечно, реагируешь быстрее.
Мягкая пыль расступилась в том месте, где Марс только что стоял. Пщерникс беспомощно щёлкал челюстями.
"Мерзкая тварь", — с отвращением подумал Марс.
Пщерниксы не были особо опасны для людей. Трусливые и на вид тщедушные, если, конечно, извлечь их наружу, они не умели гоняться за своей добычей и нападать на неё из-под земли в любом месте, но их коварства и десятка рядов загнутых крючьев, заменявших им зубы, хватало, чтобы выживать в Пустоши, просто устраивая засады.
"Довольно глупые", — мысленно простонал Марс, поскольку заметить ловушку пщерникса можно было невооружённым взглядом.
И было, пожалуй, с чего так убиваться. Его жизнь только что спас доходяжный наркоман, гулявший по Пустоши без снаряжения и даже не знавший, где находится ближайший город.
— Я не наркоман, — сказал тот вдруг, будто умел читать мысли.
Или просто физиономия Марса настолько красноречиво скривилась, что и читать-то ничего не нужно было. Он промычал что-то в ответ, на что спаситель его поморщился и, пользуясь тем, что они всё ещё лежали, пихнул ногой в бок:
— Ползи на дорогу быстро, — приказал он.
Вряд ли тут прятались другие пщерниксы, конкретно этот, уже закопавшийся обратно, сам по себе был какой-то отбитый. Ему решительно нечего было делать так близко к городу и рядом с дорогой. Всё происшествие было случайностью. Нелепой, до смешного глупой. Если бы не было его спасителя, то и спасать бы Марса было не от чего. Эта закольцованность могла взбесить кого угодно. Но с другой стороны, Марс повёл себя глупо, как ни крути. Их состязания в скорости существовали исключительно в его воображении, вряд ли обдолбанный мешок вообще задумывался о таком.
Впрочем, совета выбраться на дорогу Марс послушался. И понадеялся, что его, наконец, оставят наедине со своим позором, но не тут-то было. Прыткий наркоман сбивчиво заключил, что при наличии прочих доступных возможностей путешествовать в одиночку нехорошо, и сделал из этого вывод:
— Я пойду с тобой.
Марс скуксился, но теперь возражать не стал. Про себя лишь отметил, что хорошо бы никого из знакомых по дороге не встретить. Мир до омерзения тесен.

Глава 2

В конце концов, разобравшись с давешней посылкой, Марс снял комнату в гостинице, по старой пустошной традиции соседствующей с баром. Мешок-наркоман на входе в город куда-то запропастился, но нашёлся ближе к вечеру, чуть более уставший, но всё так же обдолбанный.
— Слушай, а ты кто такой-то вообще из себя?
Марс скрипнул зубами и промолчал. Он был обижен не то чтобы на своего нечаянного попутчика, сколько на себя самого, а это с ним случалось редко. Казалось, этот мешок с картошкой вдруг стал причиной всех бед Марса. По жизни. Всех-всех. Только хотя бы потому, что заставил ненадолго усомниться в себе.
— Ладно… окей. Я смотрю, ты не особо разговорчивый тип, да?
— Проницательно.
— Тогда начну с себя.
Как будто Марсу это было интересно.
— Меня зовут Натс. Я живу в норе под землёй. То есть как в норе. На самом деле это не нора. Просто… — тут парень будто бы смутился. — Просто нора вроде как бы звучит интереснее, да?
Марс склонил голову набок. Ему не было интересно. Ни капельки. Ни про нору, ни про что-либо ещё, если оно касалось его спутника. Он представился, только чтобы предотвратить как-то дальнейший прессинг информацией:
— Меня зовут Марс. Я живу нигде.
— Не может быть такого, чтобы человек нигде не жил, — возмутился Натс. — У каждого должен быть свой угол, иначе несолидно как-то. Так не живут.
Да что он знает про жизнь, возмутился про себя Марс. Он вообще в курсе, что на страну почти как полторы сотни лет назад сбросили ядерные бомбы?
Натс расстроенно сжимал руки в кулаки, а тут разжал их, и Марс заметил, что ногти у него пусть грязные, но ровные. Костяшки пальцев покрасневшие: значит, держал оружие или инструмент какой недавно. Но раньше этого, по всей видимости, не делал, потому как мозолей на пальцах не было. И зубы. Пускай жёлтые, зато все на месте. Подобным сокровищем редко кто похвастаться может. У самого Марса недоставало где-то пяти-шести коренных, причём в драке он потерял всего три из них. Остальные вырывал сам, и это не такие воспоминания, которые хочется возвращать в памяти.
— И что? — наконец спросил Марс.
Этот вопрос поставил Натса в тупик.
— Просто… — парень нервно забарабанил пальцами по поверхности стойки, за которой сидел, нахмурил брови, но тут же и расслабился, наклонился вперёд и заговорщически прошептал: — Ладно. Не суди, да не судим будешь. Ты знаешь, где-нибудь тут есть кофе? И почему всё пиво на вкус как моча?
Марс не нашёлся, что на это ответить, а потому, помолчав немного, перевёл тему:
— Куда собираешься дальше? — про себя понадеявшись, что ответ будет “куда угодно, только подальше от тебя”.
Но Натс пожал плечами:
— Не знаю. Куда-нибудь. Куда конкретно — без понятия. Сперва барахло своё починю, а потом… Ты ведь никуда не торопишься?
Марс медленно моргнул, прежде чем дать ответ:
— Поищу работу.
— Работу? — переспросил Натс. — Это же замечательно. Думаю, мы могли бы поискать её вместе. Я ведь тоже ищу. Или нет. Я бы мог нанять тебя, и тогда все проблемы разом как рукой снимет. Что скажешь?
“Сто гривен”, — чуть было не ляпнул Марс. Но как представил, что этот тип будет находиться рядом, всем своим видом напоминая о давешнем промахе, едва не обернувшимся летальным исходом...
— Я подумаю.
Натс улыбнулся с ненормальной весёлостью, и Марс, внутренне содрогаясь, решил покинуть его. Заплатил за ужин и поднялся на второй этаж.
Сон не шёл. То ли дело было в матрасе, то ли в белье, которое сперва было слишком холодным, а как согрелось, так начало распространять не самый приятный запах. Видно, нестиранное. То ли в соседе, который храпел через стену. На самом деле, конечно, в его, Марса, скомканных эмоциях.
Наутро Марс, не позавтракав, пошёл на рынок и заскочил к тому продавцу, которому вчера доставил детали, смутно надеясь, что найдётся ещё какая-нибудь посылка, с помощью которой можно будет наметить очертания дальнейшего маршрута. О Натсе он вроде и думать забыл. Всё изменилось, когда обдолбанный мешок с картошкой встретился Марсу на пути, да ещё и с той самой посылкой! Курьер был так ошарашен, что поздоровался первым.
— И ты не хворай. Ах, какое замечательное утро! Кажется, я даже угадал с городом, представляешь? Тут кое-где детали заказал для парилки. Сейчас починю наконец, и станет наполовину меньше проблем с… гм.
Почему-то первым делом Марс вспомнил ингаляторы, из которых распыляют винт. Как впоследствии выяснилось, он оказался не так уж далёк от истины.
— ...Так что, — как ни в чём не бывало продолжил Натс, — что там с моим предложением?
— Платишь триста и по рукам. Натурой не беру. Другим товаром... тоже.
— Хорошо, — легко согласился мешок, чем Марса почти возмутил, и тут же полез в сумку за деньгами. Марс осадил его, схватив за локоть:
— Погоди. Не тут же.
Натс беспомощно моргнул и догадался оглядеться по сторонам. Немногочисленные утренние покупатели и простые обыватели, привлечённые громким разговором, уже поглядывали в их сторону лениво-заинтересованными взглядами падальщиков. Благо, уже достаточно рассвело, чтобы за такой порыв сразу не грохнули.
— Вернёмся на базу. Там и рассчитаемся.
В комнате, которая досталась Натсу, было куда чище. Марсу предложили сесть на кровать, чем гость немедленно воспользовался; сам мешок с картошкой, что-то напевая себе под нос, разворошил свою небольшую сумку и принялся чинить загадочную “парилку”.
— И стоило возиться столько из-за какого-то ингалятора, — пренебрежительно высказался Марс, когда Натс добился успеха.
— Это не какой-то там ингалятор! — возмутился Натс, отодвигая стул, и нечаянно зацепил ремешок.
Лёгкая сумка, с которой — Марс только сейчас это понял — Натс не расставался ни на минуту, отлетела и шлёпнулась у кровати. Из сумки посыпались пробирки. Небьющиеся, блестящие, будто новенькие. В первую секунду Марсу подумалось, что вот они, наконец-то, наркотики, но таких он прежде никогда не видел. И сейчас не смог бы поручиться, что это действительно наркотики.
Натс ничуть не расстроился и полез собирать раскиданное добро. Одна из закупоренных склянок откатилась к ноге Марса. Он и не пошевелился, чтобы помочь, и Натс, прежде чем подобрать пробирку, щедро облапил его сапоги.
— Сейчас я тебе покажу! — всё так же весело сказал Натс. Но всё равно звучало как угроза.
Взяв коробочку, которую Марс сначала принял за ингалятор, Натс с ловкостью и быстротой фокусника открутил прозрачную крышечку, вытащил пробку из пробирки и перелил в крышку густую сиреневую жидкость. Теперь уже пустая пробирка снова полетела на пол, а сам Натс в это время уже прикрутил крышку обратно к коробочке и что-то там понажимал перед тем, как с едва слышным причмокиванием вдохнуть из коробочки.
— Между прочим, офигенная штука, — выпустив облако густого белого пара прямо Марсу в лицо, сообщил Натс.
— Лучше покажи мне деньги, — не впечатлился Марс.
Натс снова полез в сумку, так и не выпуская коробочку из одной руки и продолжая парить.
— Сто… двести… триста, — отсчитал Натс. Марс чуть было не пошутил старую как мир шутку-рифмовку, благо, фаллический символ в руках свежеиспечённого работодателя к тому располагал. Если до этого Марс и чувствовал какой-то укол совести в связи с тем, что спросил втридорога относительно своей обычной цены на сопроводительные услуги, то теперь понял, что мог бы и в пять раз больше стрясти. Дорога предстояла мучительная.
— Одно условие, — сказал наёмник перед тем, как взять злосчастные гривны.
— Какое? — Натс выдохнул через ноздри.
— При мне не парить, — сурово отрезал Марс, разгоняя дым.
Натс пробыл расстроенным совершенно рекордное время: почти двадцать шесть секунд. Но потом сказал:
— Окей.
И теперь расстроился Марс. Снова. Вопрос о излишне приподнятом настроении Натса так и остался на повестке дня. К нему прибавилось ещё и искреннее любопытство в отношении содержимого склянок.
И впрямь, наверное, наркотики, вечером того же дня думал Марс, с прищуром глядя на дорогу.
Он всё ждал, когда у Натса начнётся ломка, но этого почему-то не случалось. Как будто он и правда не был наркоманом. Марс хмурился на это. Он знал, как используют химию в Пустоши, не мог неверно интерпретировать то, что увидел по дороге в город. Вот только почему-то мысль, что Натс сам по себе может быть таким отбитым, нравилась Марсу ещё меньше, и поэтому он с упрямством беременного самца кллапа упёрся в первоначальную теорию, хотя и не находил ей пока что никаких прямых подтверждений.

Глава 3

Они вернулись к тому месту, где Натс оставил своё средство передвижения, на закате. И обнаружили, что от него не осталось и следа. Натс пытался разыскивать свою пропажу, а Марс флегматично ужинал, присев в тень огромного валуна, удачно расположившегося недалеко от дороги. Он считал, что и дураку понятно, чем грозит бросить в Пустоши триплоцикл (или что-то, похожее на него), даже если он и не на ходу. Но Натсу как будто понятно не было, так что какое-то время он рыскал по округе и искренне сетовал на то, что никак не мог перепутать место.
Стемнело. Марс щурился и смотрел на дорогу. Не смотрел на Натса и ничего не объяснял, пока он сам не бросил поиски и не присел рядом у валуна:
— Но что же мне теперь делать с купленными запчастями? — разводя руками спросил он у Марса.
Марс дёрнул плечом. Почём ему знать-то?
— Далеко идти пешком до гор? — продолжал спрашивать Натс. — Или нам вернуться в город и поискать автомастерскую?
Марс не выдержал и фыркнул.
— Я предпочту пешком, — подавив смешок, сообщил он.
— Всё-таки, куда же он мог деться?
— Угнали, — пояснил Марс. На случай, если это было недостаточно очевидно.
Натс потёр лоб:
— Он же даже не двигался. Зачем кому-то такой хлам?
— Для кого-то хлам, а для кого-то сокровища, — пожал плечами Марс.
Объяснение устроило Натса, и он пошёл дальше по дороге, и ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Этот новый горе-работодатель даже не озвучил своего решения. Просто позволил действиям говорить за себя.
Решение Марса вполне устроило. Он не особо любил ходить одним путём дважды. По крайней мере, дважды за короткий промежуток времени. Дважды Марсу хватило пройти мимо того места, где на него напал бешеный пщерникс, увеличивать эту цифру вдвое не хотелось совершенно.
Постыдные воспоминания заставили его продолжить попытки коммуницировать.
— Я бы сказал, что до гор дней девять. Может, больше, может, меньше, смотря как идти, — ответил он на ранее заданный вопрос. И добавил со всей возможной серьёзностью: — Зная, какой ты лихой ходок, склоняюсь ко второму.
Натс повернул голову к наёмнику и сперва удивился, широко раскрыл глаза. А потом рассмеялся:
— Извини. Я не думал, что...
— Тш-ш. Заткнись, — резко оборвал его Марс.
Вышло грубо. Грубее, чем было у него в голове, но Натс, по крайней мере, среагировал быстро и не стал задавать лишних вопросов, когда Марс вдруг потащил его с дороги за какой-то камень.
— Слышишь? Это вполне могут быть наши воры.
— Пустошные пираты? — уточнил Натс, освобождая руку из крепкой марсовой хватки.
Ну, молодец парень. Хотя бы такие очевидные вещи выучил. Марс даже начал полагать, что зря думал о Натсе так плохо с самого начала.
— Вроде того, — Марс потянулся, снимая со спины самодельную полуавтоматическую винтовку.
На самом деле он думал о людях плохо почти всегда. Это норма для деградировавшего общества. Кто не разбойник, тот вор, а кто не вор, тот, скорее всего, аферист. Даже у фермеров, людей, которые ведут наиболее честный образ жизни, как правило можно найти парочку скелетов в шкафах. Марс гадал, что такого страшного может быть в Натсе, этом юродивом.
Тот вглядывался вдаль, прищурившись:
— Слушай, там едет кто-то.
— А я о чём! — фыркнул на него Марс.
Он обычно стрелял первым, если доходило до всякой дегенератской швали.
— А вдруг они мирные? — зашептал Натс.
— Вот приблизятся и увидим...
— Марс, там человека три, не меньше!
— Ерунда.
Позднее он думал, что, наверное, стоило бы послушать Натса. По крайней мере, немного порассуждать о том, что подставит его под огонь. Обычно Марсу и впрямь не составляло труда срезать трёх человек так, чтобы они ничего не заметили, но в этот раз что-то пошло не так. Вероятно, из-за того же дурацкого мешка с картошкой, подвязавшего его на череду неудач. Завязалась перестрелка, и самое обидное было то, что у соперников даже огнестрела не было. Точнее, был пистолет помповый, самодельный, но его владельца Марсу как раз повезло грохнуть сразу.
У оставшихся двух были длинный лук и короткий арбалет. Марс не мог избавиться от ощущения, что целятся эти утырки по коленям. Это не лишено смысла, думал он, потому как со стрелой в ноге далеко не убежишь. По крайней мере, одному из пиратов удалось попасть Марсу в бедро. Он даже не сразу понял, как именно это произошло. Вроде как слышал, что Натс что-то крикнул, как он это обычно делает, но не придал этому значения. Принимая во внимание эпизод с пщерниксом, возможно, зря — не сделал этого сразу. Только потом, когда с подонками было покончено, обнаружил, что липкое и тёплое стекает по внутренней стороне бедра.
— Я сам! — говорил Марс, когда Натс попытался помочь ему с перевязками.
— Не тупи, — говорил Марс, когда Натс настаивал сделать привал. — Я прекрасно себя чувствую.
Голова, правда, болела немного, но Марс решил не акцентировать на этом особого внимания. Списал на жару и потерю крови. Обычно на нём всё заживало как на собаке. Этот случай не должен был стать исключением из правил, но рядом был Натс. В компании кого-то сдохнуть всегда проще, чем одному, так Марс всегда считал.
Кто-то звал его. Громко и настойчиво. Он даже не сразу понял, что лежит на спине, и кто-то пытается привести его в чувство, бьёт по щекам.
Очнулся Марс уже когда рассвело.
— Доброе утро, — поприветствовал его Натс. Несмотря на угрюмый тон, он совсем не злился и смотрел даже как-то обеспокоенно.
Марс грязно выругался. Его работодатель рассмеялся:
— Кажется, ты уже в порядке? Хорошо.
— Что за?.. — Марс сел и проглотил подступивший к горлу ком со вкусом рвоты. По инерции нащупал оружие. Ничего не пропало.
Лежал Марс не просто на земле, а на спальном мешке. Удивительно, что Натсу хватило сил его уложить. Хотя с его-то запасом веществ, наверное…
В рассеянном свете начинающегося дня тот выглядел осунувшимся и даже каким-то старым:
— На стрелах был яд.
— Чёрт, — заключил Марс. — Извини. Я не думал.
— Оно и видно, — хохотнул Натс. — Вот, держи. Выпей это.
И протянул пластиковую мензурку с какой-то зеленоватой жидкостью, похожей на бульон, сваренный на мясе радиоактивной трески.
— Пахнет отстойно, — признался Марс.
— Зато полезно! — резонно отозвался Натс.
— Что это хотя бы?
— Если я скажу, то обещай не выливать это на меня.
Тут в голову Марса закралось нехорошее подозрение, но он знал, что если не согласится, то так и останется в неведении.
— Ладно. Просвети меня.
— Это рванка. Корень, если быть точнее, — вздохнул Натс.
— Ты что, совсем дурной?! — возмутился Марс. — Я не стану это пить! Корень рванки ядовит, это даже ребёнок знает.
Натс пожал плечами:
— Я обрабатывал твою рану таким же настоем. Ну, почти таким же. Если ваши дети чего-то не знают о свойствах корня, это ещё ничего не значит.
Марс аж посинел от страха. Он вскочил на ноги и с ужасом уставился себе в трусы, ожидая увидеть там как минимум отросшие щупальца, или ещё чего похуже, даже фантазии не хватало представить, что именно. Но там, кажется, всё было в порядке, и Марс осоловело перевёл взгляд на Натса, который, тоже поднявшись, смотрел на него в упор — и с подозрением. Марс покраснел и спрятал руки за спину. Детский рефлекторный жест лишь добавил комичности ситуации, так что Натс поспешил несколько театрально кашлянуть и отвести взгляд:
— Сам посуди. Если бы я хотел тебя убить и забрать все деньги — которые, между прочим, я же тебе и отдал! — то сделал бы это при нашей первой встрече.
— Ой ли? — у Марса снова закружилась голова, поэтому он сел на место и потёр виски. Стало немного легче. — Мне было куда легче прострелить тебе башку. Ты меня даже не заметил!
— А вот и заметил! — надулся Натс, яростно посмотрел на наёмника и замахал руками. Тут уже настала его очередь смеяться над инфантильным поведением спутника.
— Ладно, допустим, и впрямь заметил. Ты… я… — взгляд Марса рассеянно блуждал по фигуре Натса, останавливаясь то на ладонях, упёртых в бока, то на ямочке под нижней губой. — Я даже не поблагодарил тебя за то, что ты меня спасаешь всё время. Так вот, спасибо.
Вышло, как надо. Натс сначала удивился, потом растрогался и тоже сел.
— Ничего такого. Любой на моём месте поступил бы точно так же, чел.
— Нет, не любой, — серьёзно возразил Марс. — Ты не представляешь даже, сколько кругом мудаков.
Натс открыл было рот, чтобы возразить, но завис, закрыл рот и замолчал. Марс подумал, что на сегодня с него, видимо, достаточно разговоров, но не тут-то было.
— Расскажи мне сказку, — неожиданно попросил Натс. Может, хотел задавить неприятное ощущение от заявления про мудаков.
— Сказку, говоришь, — Марс задумался, знает ли он вообще какие-либо сказки, и вспомнил одну легенду, в правдивости которой с каждым годом всё больше сомневались. — Во времена сиреневой лихорадки, когда третья волна захлестнула северо-запад, а местные почти потеряли надежду на будущее, появился некто, кого позже стали называть Знахарем-из-пещеры. Этот знахарь являл собой человека той редкой породы, что не ищет денег и славы. Он занимался изучением изменившейся под действием радиации флоры и фауны и никогда не оставался в одном месте надолго, но везде, куда бы ни шёл, помогал людям и ничего взамен не просил. Он с радостью делился с другими своими знаниями, но даже не сообщал ни своего имени, ни куда держит путь. От племён, которых он излечил от сиреневой лихорадки, о нём было известно единственно лишь то, что пришёл он к ним из пещер, где сам пережил в своё время вторую волну болезни. Но где эти пещеры находятся и реальны ли они, никто так и не узнал. Одни считали его посланником Богов, другие не верили в его бескорыстие и не пускали в свой дом, а третьи просто рассказывали о нём истории, хотя никогда в жизни его не встречали. В какой-то момент вести об этом человеке перестали появляться, и теперь никто не может точно сказать, существовал ли он вообще.
— А ты как думаешь? — Натс подтянул колени к груди и обхватил их руками.
— Легенды не появляются на пустом месте, — туманно ответил Марс. — Эпидемия имела место быть после войны, это правда. Но сведения о том, как же всё-таки удалось её купировать, разнятся.
Теперь, когда Марс озвучил эту версию, она даже показалась ему весьма интересной. Но Натс сказал:
— Чудо не может исцелить болезнь, это же очевидно. Но знаешь, для сказки неплохо.
И это было вполне логично.
— Чем умничать тут, — фыркнул на него Марс, — лучше бы спать ложился. Я же вижу, не спал совсем.
— А как же твоя рана? — Натс нахмурил брови.
— Чувствую себя нормально. Что-то произойдёт — разбужу.
Натс скрестил руки на груди, но всё же принял горизонтальное положение и закрыл глаза. Через какое-то время выражение лица его разгладилось, дыхание выровнялось, и Марс наконец решился посмотреть на Натса не боковым зрением.
До того Марсу казалось, что его работодатель младше лет на шесть, но тут понял, что они, наверное, всё же ровесники, или около того.
Просто Натсу, видимо, больше повезло с окружением. Покажи своих друзей, и я скажу, кто ты. Так, кажется, говорили?
Натс улыбался даже во сне.
— Кажется, это я тебе доплатить должен был, чтобы ты… ну… взял меня с собой, — тихо сказал Марс.

Глава 4

— Какие люди! — прозвучал вдалеке знакомый голос.
Марс обернулся, чтобы убедиться, не ошибся ли — но с востока к ним действительно приближалась Баунти на пиратском триплоцикле. Марс не был уверен, рад ли он этой случайной встрече, просто потому, что возвращаться к прошлому он не любил, а с бывшей девушкой (той самой, которую Марс вспоминал давеча, когда ещё только встретил Натса) было связано слишком много всего. Настолько много, что всей радиации не хватит, чтобы выжечь это из памяти. Всё-таки, она была его девушкой дольше всех остальных, да и в силу её работы им случалось видеться даже после расставания.
Но, к его крайнему удивлению, она первый делом крепко обняла Натса, который в свою очередь просто обнял её в ответ.
— Баунти! — он приветливо улыбнулся, как только она отошла на пару шагов назад. — Не думал, что ещё когда-нибудь тебя увижу. Ты же собиралась отправиться на север?
— Планы меняются, а север от меня никуда не денется, — она театральным движением поправила волосы и хитро прищурилась. — Что тебя заставило вылезти из той дыры?
— Решил последовать твоему совету и мир посмотреть, — Натс рассмеялся.
Марс даже немного растерялся — они вели себя так, будто не просто знали друг друга всю жизнь, но ещё и общались пару раз в неделю за пивом. Баунти, конечно, действительно была в курсе всего, и знала стольких людей, скольких на памяти Марса не знал больше никто — профессия обязывала. Формально Баунти, как и сам Марс когда-то, числилась курьером в единственной уцелевшей службе доставки на северо-востоке. Что до профессии неформальной, так это лучше вообще вслух не озвучивать.
Да и Натс, если задуматься, ко всем относился чересчур открыто и приветливо.
Взыгравшееся любопытство вкупе с недовольством от того, что про него они вовсе забыли, заставило Марса громко кашлянуть, чтобы обратить на себя внимание.
— Ах да, привет, Марс, — всё-таки поздоровалась Баунти, после чего спросила у Натса прежним тоном, как будто Марса рядом не было: — Это ж как тебя угораздило с ним познакомиться?
— О, так вы знакомы? — Натс, кажется, воодушевился ещё больше обычного. — На самом деле, это такая история...
— Да, мы знакомы, — перебил Марс Натса, понимая, что если не остановить его сразу, то он выложит Баунти всё в подробностях, так что лучше бы сразу сменить тему: — Но мне больше интересно, откуда вы друг друга знаете?
Баунти выразительно приподняла бровь, слегка наклонив голову, но ударяться в рассказы об их совместном прошлом не стала, и Марс был ей за это благодарен.
— Всё просто и банально, дорогой. Однажды дела завели меня в Ядро. Я не планировала задерживаться. Куча людей, радиация, все дела... Но порой всякая зараза и ко мне липнет. Натс там жил в это время, помогал местному эскулапу. Я зарулила за медикаментами, а твой новый товарищ как раз и заметил, что мне нездоровится, и если бы он этого не сделал, я бы сейчас здесь не стояла. В общем, мне пришлось пожить там пару месяцев, так что мы успели подружиться. Про мои дела тебе знать не следует, так что в подробности не буду вдаваться. Марс, лапушка, может, всё-таки утолишь моё любопытство, вы...? — она не стала заканчивать фразу, лишь ухмыльнулась и с красноречивым намёком посмотрела сначала на него, потом на Натса, и снова на него.
— Он меня нанял, — резко ответил ей Марс, может быть, даже слишком резко.
Баунти рассмеялась, покачала головой и обратилась к Натсу с заговорщицким видом: — Я тебя потом как-нибудь найду, и ты поделишься со мной историей вашего знакомства по секрету, договорились?
— Я буду очень рад снова тебя встретить! Конечно! — Натс так интенсивно закивал головой, что Марс на секунду подумал, что она у него отвалится.
К сожалению, не отвалилась.
— Вот и чудненько! Ну а пока, мальчики, я поеду вперёд. Дела-дела, совсем с вами выбилась из графика, чао! — Баунти послала им с двух рук воздушные поцелуи, включила триплоцикл и поехала вперёд.
Марс молча смотрел, как развевались её густые тёмные волосы на ветру, пока она не уехала слишком далеко от них.
— Я думаю, что вы раньше встречались, — ляпнул Натс, поправляя ремень своей сумки, и Марс в который раз задался вопросом, почему он вообще до сих пор куда-то с ним идёт.
— Не твоё дело, — буркнул Марс.
— Точно встречались, — Натс пожал плечами и, присвистывая, первым двинулся дальше, спустя дюжину шагов обернулся: — Ну, ты идёшь?
Марс фыркнул, стиснул зубы и поплёлся следом:
— Ты жил в Ядре, — проворчал через какое-то время. — Всё понятно с Баунти, её-то постоянно в какую-то задницу тащит. Но ты!
Ядром называли одно из поселений, обустроенных на останках гигантского грузового самолёта, застрявшего в каньоне, а также в пещерах по обе его стороны. Говорили, упал авиалайнер в тот же день, когда началась ядерная война, и это, в принципе, логично. Жизнь там была тем ещё экстримом, даже если не брать в расчёт остаточную радиацию от топлива.
— Между прочим, люди там хорошие и добрые, — мечтательно улыбнулся Натс.
— Тьфу на тебя.
— На тебя тьфу!
Марс только отмахнулся.
Сам он в Ядре никогда не бывал. Слухи, доходившие до него, были достаточно зловещими, но недостаточно удивительными, чтобы заинтересовать потенциального туриста. Да что уж там, истинная причина того, почему Марс сторонился этого злачного места, была куда прозаичней. Только Марс не желал признаваться в этом даже самому себе.
С каждым днём эта проблема становилась, на самом деле, всё более актуальной. Они с Натсом двигались к горам. А там, где горы, там и высота.
Высоты Марс боялся до чёртиков. Как представлял, что земля уходит из-под ног, а там дальше — километры свободного падения, так сразу не по себе становилось.
Чего уж говорить, Натса это делало в его глазах своего рода героем.
Слишком много крутости для одного мешка с картошкой, думал Марс.
Шёл третий день совместного путешествия.

Глава 5

За последние годы Марс привык считать, что отбитые воины радия все передохли в своей нелепой вере попасть в Вархейвен, но, как оказалось, зря, потому что один из них стремительно пронёсся мимо них на своём собранном из мусора байке, подняв шлейф пыли и песка. Натс обернулся ему вслед с выражением крайней заинтересованности на лице, и Марс немедленно уверился в том, что ничем хорошим это не кончится.
Хотя бы потому, что эти утырки никогда не могли просто проехать мимо.
— Какой дивный день! — утырок развернулся и резко затормозил всего в паре метров от них.
Марс интуитивно достал из кобуры пистолет; кашляющий Натс это заметил и тут же крикнул:
— Эй-эй-эй, зачем так сразу?
Пыль улеглась, и утырок на мусорном байке примирительно поднял руки вверх. Выглядел он неважно: кожа оголённого торса, покрытого замысловатым шрамированием, обгорела под палящим солнцем и заметно шелушилась, что неудивительно — из одежды на нём были лишь грязно-серые штаны да тяжелые ботинки. Губы потрескались, серебристая краска, которую воины наносили себе на лицо по поводу и без, размазалась разводами, так же, как и чёрная вокруг глаз, заметная даже через защитные очки.
— Я помогу ему попасть в этот их желанный Вархейвен, и дело с концом, — Марс угрожающе поднял пистолет, и нажать на спусковой крючок ему мешало лишь то, что Натс почти повис на его руке, а тратить пули зря не хотелось.
— Чуваки, чуваки, давайте без этого! У меня жена беременная! — замахал руками утырок.
Только теперь Марс обратил внимание, что за его спиной на байке сидела девица. Она тоже была одета явно не для этих мест, да и Марс сомневался, что некогда белые простыни, повязанные вокруг тела, можно было считать одеждой. Стряхнув пыль с зелёно-синих волос, она сняла свои защитные очки и протянула в их сторону руку.
— Я — Мамба, этот самоубийца — Старбёрст, и мы тут немного заблудились, — она улыбнулась, и Натс тут же пожал ей руку.
— Меня зовут Натс, а этот угрюмый головорез — Марс, приятно познакомиться!
Он явно радовался встрече с новыми прикольными чуваками, которыми они ему наверняка казались. Марс закатил глаза и убрал пистолет. Впрочем, расслабляться не спешил. Насколько он знал, жён у воинов радия быть не может, так что этот конкретный утырок мог быть не опасен. А мог и не быть.
— Что вы вообще здесь забыли? — довольно грубо поинтересовался Марс, пытаясь припомнить всё, что он знал про этих сумасшедших. Раньше они часто бывали в Пустоши, но ходили слухи, что родом они из тех мест, где ещё были приличные запасы чистой воды. То есть, по-настоящему чистой (в то, что такая бывает, Марс не верил, даже когда ему было пять лет).
— Ну мы сбежали из Равелина лет пять назад. Или семь? — начал рассказывать Старбёрст.
— От шести до восьми, — подтвердила Мамба.
— Потому что, ну, она типа была наложницей Бессмертного Восгеза, а я только стал Воином, её похитили, была погоня, я почти попал в Вархейвен, но короче в результате мы решили сбежать и не возвращаться.
— Равелин действительно существует? — удивился Натс, рассматривая их во все глаза.
— А почему нет? — Мамба фыркнула, устраивая голову на плече у Старбёрста, прежде чем продолжить. — В общем, пока мы тут скитались туда-сюда, немного забыли, где он находится.
— До нас пару месяцев назад дошли слухи, что Бессмертного Восгеза убили, и теперь там другие порядки, так что одна чувиха, которая спасла Мамбу, посоветовала нам туда вернуться.
— Стоп, что ещё за чувиха? — Марс недоверчиво уставился на утырка. Натс явно не заморачивался с фильтрацией поступающей информации, а Марсу весь этот рассказ казался подозрительным.
— Её вроде Комильфо зовут, только благодаря ей моя любовь ещё жива и даже здорова, — Старбёрст чмокнул Мамбу в щёку, размазывая краску по лицу ещё больше. — В общем-то, мы просто хотели спросить, не знаете ли вы, как туда доехать. В Равелин, в смысле.
— Но вы, видно, не в курсе, так что в какую сторону на востоке будет ближайший город? — добавила Мамба.
— По этой дороге где-то через полдня пути будет поворот, и там ещё через день по прямой, — ответил Натс после небольшой паузы. — И раз уж всё так сложилось, не подскажете, где нам найти вашу спасительницу?
— Разумеется! — как-то излишне воодушевлённо воскликнул Старбёрст. — Видите горы? Вон там у их основания есть город, мы нашли её там. Двигайтесь по дороге, здесь полдня пути до развилки. На развилке — направо.
— Большое спасибо, — с неожиданной серьёзностью поблагодарил Натс, после чего пожал Старбёрсту руку.
Утырок и его жена натянули защитные очки на глаза и с криком: «Какой дивный день!» — так же резко стартанули с места, как подъехали к ним.
Когда пыль дороги снова улеглась, Марс с неодобрением посмотрел на Натса.
— И ты им веришь?
— А почему нет? — с искренним недоумением поинтересовался Натс.
Марс молча прикрыл лицо ладонью.

Первым, что бросалось в глаза ещё на подходе к городу, были кактусы. После войны эти колючие столбы росли повсюду, но около гор? Справедливости ради, действительно крупных кактусов было немного, но стоило подойти поближе, как стало заметно — они были огорожены заборчиком. Таким низеньким, чисто декоративным, но заборчиком!
Марс на своём веку видел всякое, но вот плантацию кактусов — в первый раз. А это была действительно плантация, потому что маленьких и средних растений здесь было уже больше, они словно были собраны со всех концов страны, так что невольно Марс задавался вопросом — это ж кем надо быть, чтобы так заморочиться?
Ответ не заставил себя долго ждать — нужно было быть странноватого вида подростком.
Пацану на вид было лет пятнадцать, и он сосредоточенно наливал через специальное приспособление кактусовый сок в бутылку, пока не заметил их приближение.
— О, здрасьте! Вы как раз вовремя, первыми зацените новый рецепт, улётная будет штука, отвечаю, — пацан едва заметно картавил, и при ближайшем рассмотрении оказалось, что глаза у него разных цветов, левый карий, а правый — зелёный.
— Привет! — Натс, как обычно, был полон энтузиазма. — Что за рецепт?
Марс искренне надеялся, что они шли в такую даль к горам не ради этих чертовых кактусов.
— Новая настойка, я добавил выжимку из цветков эпифиллума, и получилось зашибенно! И главное, без похмелья, — пацан явно был горд собой, что не прибавляло Марсу уверенности в целесообразности общения с ним.
— Ты вообще кто такой? — поинтересовался он, прежде чем Натс начал бы расспрашивать его о кактусовых настойках (в том, что он стал бы, Марс не сомневался).
— Так вы не ко мне, что ли? — пацан явно разочаровался. Но оставался разочарованным секунд десять, не больше, после чего встал в позу и с ещё большей гордостью представился: — Я — Несквик, кактусовый барон!
В первый момент Марс опешил от пафоса и серьёзности, с которыми это было сказано, а потом не смог сдержаться и рассмеялся от души. Самопровозглашённый кактусовый барон надулся, а Натс чувствительно пихнул Марса локтём в бок, чтобы он прекратил.
— Не обращай на него внимания, Несквик. Кстати, приятно познакомиться, меня зовут Натс, и да, мы не к тебе. Но настойку попробуем обязательно.
— Так а зачем вы тогда здесь?
— Мы ищем Комильфо, — сообщил Натс.
— Тогда вам чертовски повезло, чуваки, вы обратились по адресу! Я вас отведу, погнали, — Несквик что-то сделал с кактусом, у которого стоял, так что сок из него перестал течь, и, махнув рукой, повёл их за собой в город.
— И это тебе подозрительным не кажется? — тихо спросил у Натса Марс.
— Ты слишком плохо думаешь о людях, — тот фыркнул, но, поравнявшись с Несквиком, всё-таки спросил у него: — А каким образом ты с ней знаком?
— Всё очень просто, она — моя мама.
Натс глянул на Марса с выражением лица: “Я же говорил!” Марс предпочёл промолчать, тем более, что всю дорогу через город кактусовый барон Несквик без передышки трепался о своих лучших настойках на всём континенте. Лишь один раз Марс, ведомый любопытством, перебил его и спросил:
— Лет-то тебе сколько, барон?
— В этом году будет восемнадцать, — Несквик гордо задрал нос.
“Куда катится мир,” — подумал Марс.

Комильфо не оказалось там, куда вёл их Несквик. Вместо неё из добротного домика, что приютился у окраины городка, навстречу гостям вышла красотка, которую Несквик представил, как Виспу:
— А где ма? — крикнул он, махнув ей рукой.
Виспа отбросила тяжёлую светлую косу за спину и ослепительно улыбнулась Марсу и Натсу.
— Был бы я лет на пятнадцать старше, влюбился бы окончательно и бесповоротно, — тыча Марса в бок и агрессивно подмигивая ему, сообщил Натс.
Марс подобрал челюсть и почувствовал какой-то неприятный укол, похожий на ревность. Больше челюсть у него не падала, даже несмотря на то, что Виспа подошла к ним, круто вильнув бедром, отчего Несквик принялся настойчиво смотреть куда-то в сторону и насвистывать при этом под нос какую-то песенку.
— Прекрасная незнакомка! — обрадованно воскликнул Натс, с театральной манерностью подходя к ней и целуя ей руку. — А мы явились сюда с целью нанести визит госпоже Комильфо.
Виспа мило рассмеялась, прикрывая улыбку ладонью.
— Мими в горы ушла, — сообщила она. — Зайдёте в дом?
"Мими" — проворчал Марс себе под нос. В последнее время его не покидало ощущение, что они путешествуют вовсе не по жестоким пустошам постапокалиптического мира, а по какой-то стране эльфов. Никогда прежде он не встречал в своей жизни столько улыбчивых людей, не пытавшихся его убить, обмануть или хотя бы обокрасть. А всё этот блаженный полудурок Натс. Кто знает, может, на самом деле Марс ещё в городе просто нанюхался того пару, что Натс раскуривал, а теперь у него глюки. И на всю жизнь глюки — и кто знает, что на самом деле происходит вокруг.
Он хмурился и молчал всю дорогу до гор. Но когда они ступили на горную тропу, вдруг скинул с себя отрешённость и посмотрел на Натса так, будто видел его впервые в жизни:
— А куда мы идём? — неуверенно спросил он, косясь на уходившую вверх тропу.
Натс недоумённо посмотрел на него:
— Вперёд.
Марс вздохнул и стиснул зубы.

Глава 6

Несквик не пошёл с ними, да и вообще предлагал остаться и ждать Комильфо в городе, потому что в горы она могла уйти на двое-трое суток.
— Да и как вы будете её там искать? — недоумевал Несквик. — Это же горы. Туда никто, кроме неё не ходит. Ну, может, ещё шаманы из тех племён одичалых, что с той стороны.
Но у Натса будто загорелось в одном месте. И Несквик показал ему примерное направление. Марс стискивал зубы и даже жмурился, пока они поднимались по горной тропе, почти не смотрел, куда они идут, предпочитая считать камни под ногами, но Натс как будто перестал замечать наёмника. Он вёл его за собой, лишь изредка помахивая рукой и окликая, если тот уж совсем отставал и почти пропадал из виду.
— И куда ты несёшься, — бубнил себе под нос Марс, почти потеряв счёт времени и не желая "прибавлять ходу", как того хотел Натс.
— Да сюда же! — словно ответил ему тот, хотя не мог слышать, слишком увлечённо он бегал туда-сюда, изучая местность.
Натс схватил его обеими ладонями за запястье и нетерпеливо потянул за собой, а потом Марс не понял, как это получилось, но они оказались в пещере. То ли вход был замаскирован, то ли и маскировать в такой местности ничего было не нужно, Марс бы точно не попал сюда, если бы не Натс. До чего уж там, сейчас он не смог бы поручиться и за то, что найдёт обратную дорогу. Однако закрытое пространство подействовало на него успокаивающе. Теперь, оглянувшись назад, он больше не мог увидеть тропу, бегущую под уклон к подножию горы. И на раскинувшиеся просторы смотреть было не нужно. Марс прислонился к стене и попытался отдышаться, только сейчас поняв, как сильно у него колотиться сердце.
Натс нетерпеливо сновал по пещере.
— Она длинная! Я знал! Я помнил! — заявил он, после чего извлёк из своей волшебной сумки маленький необычный фонарь, который неожиданно ярко осветил нутро пещеры.
Стало понятно, что Натс не ошибается. Пещера и правда вела куда-то вглубь горы. И Натсу явно не терпелось бежать именно туда.
Против этого возражений у Марса почти не нашлось — по крайней мере, по сравнению с тем, что он чувствовал снаружи. Здесь хотя бы нельзя было сверзиться с сумасшедшей высоты, под ногами был почти горизонтальный пол, а над головой — твёрдый свод. И никаких тебе видов, простирающихся на сотни километров во все стороны.
Натс каким-то образом умудрился развеять все его надежды на то, что опасаться больше нечего:
— Нам вниз!
— В какой ещё низ? — оторопел Марс и понял, что они вышли в подземный грот, судя по звукам, довольно просторный. Где-то внизу шумела вода.
— Здесь вдоль стены спуск, он довольно ровный. Вроде бы. Не свались, вода холодная.
Свет фонарика осветил тропочку. Слева высилась скала, а справа… справа была темнота. И темнота эта означала пустоту. Пустоту и высоту, которых даже нельзя было увидеть, так что нельзя было даже понять, как долго падать. Марс понял это задним числом, уже ступив на тропу — и его обуял такой ужас, что он тут же оступился, подвернул ногу и с жутким воплем полетел вниз. Натс даже руку протянуть не успел, чтобы хотя бы цапнуть его за край одежды.

— А-а-а-а-а!!! — орал Марс, бултыхаясь в ледяной воде.
— Эй, Марс, эй, ты в порядке? Чего орёшь? Чего застрял? Плыви ко мне, на свет плыви, ты же умеешь плавать?
Голос Натса даже не казался встревоженным. Вусмерть разобидевшийся, стуча зубами, Марс погрёб на свет. Долго плыть не пришлось. Натс ухватил его за плечи и помог выбраться из воды. Справедливости ради, падал Марс тоже не слишком долго. Он запомнил лишь мгновение чёрной пустоты, а затем — короткий бултых и ледяную воду, сомкнувшуюся над головой. От испуга он даже не почувствовал холода тогда, но едва выбрался на шершавый камень, понял, что непроизвольная дрожь сотрясает тело.
— Чёрт, — выругался Натс, снова обхватывая запястье Марса обеими руками, — нам надо в тот проход! Быстрее!
Он потащил Марса за собой, но тот буксовал. Мокрый рюкзак за спиной сковывал движения. Как вообще Марс умудрился выплыть с таким грузом из холодной воды? Наверное, лишь благодаря тому, что часть припасов осталась в городе, под присмотром Виспы и Несквика. Сам Марс никогда в жизни не сделал бы так, но Натс едва ли не приказал "отправляться налегке" — и Марс почему-то послушался.
Однако времени на то, чтобы возносить хвалы провидению и дальновидности неприспособленного к жизни мешка с картошкой, не было. Что-то визжащее противное и наверняка смертельно опасное, спикировало Марсу прямо на голову и ударило его по лицу кожистыми крыльями.
Витроверны, понял Марс. Ему никогда прежде не приходилось с ними встречаться, потому что жили они в горах. А Марс не бывал в горах. Никогда. Он лишь знал, что они ненормально агрессивны и ядовиты. Рефлекторно потянулся за оружием и вспомнил, что оно промокло.
— Не стреляй, — тащил его Натс, видно, забывший, что Марс только что купался в подгорном озере, — другие слетятся.
Марс и сам передумал прежде, чем Натс это сказал. Но у него ещё был с собой нож, хотя им он пользовался редко. Впрочем, сейчас выбирать не приходилось. Марс принялся размахивать ножом и, видимо, ранил нахальную тварь, потому что та отпрянула с болезненным писком. Ей вторил Натс — на него напали ещё две витроверны.
Это было опасно. От себя отгонять витроверну казалось сподручнее, ощупью, ведь он её чувствовал, а как тыкать ножом в Натса, Марс не знал. Поэтому он просто рванул вперёд, принимая Натса в свои массивные объятия и сметая всё на своём пути, и они буквально ввалились в тот самый проход, о котором говорил Натс ранее. Точнее, втиснулись. Витроверн раскидало в обе стороны, так что они, наверное, ещё долго переворачивались в воздухе. По крайней мере, не преследовали.
— Ты как? — испуганно спросил Марс, слезая с Натса и помогая ему подняться.
Тот ощупал себя и посветил фонариком Марсу прямо в лицо:
— Порядок.
— Отлично, — серьёзно кивнул Марс — и немедленно грохнулся в обморок.

черта










черта




@темы: Команда Марс/Натс

Комментарии
2016-09-18 в 23:30 

Mars x Nuts
Лучше одного умного мужчины - двое умных мужчин




изображение

черта




   

Assorti Tiny Tussle

главная